Глубина

Я не знаю, что меня толкало, что вело по этой дороге все дальше и дальше. Однообразная лента шоссе, растительность по обочине – незнакомая, но при этом какая-то привычная. Я мог остановиться, вызвать подмогу, преодолеть этот кусок на 10 минут… и даже делал такие попытки, но изредка и как-то «скромно», боясь себя.
Рюкзак давил на плечи непосильным грузом, что-то острое натирало спину, солнце палило, выжигая остатки нежной белой кожи. Этот путь был не для меня, я не привык к такой жизни – городской житель, жертва метро и автобусов.
И все же какое-то звериное упрямство, помноженное на вечное чувство обреченности и фатализма, не давало сдаться.
А дома я поставил гордость под стекло, в красивую рамочку и изредка показывал знакомым с небрежным самолюбованием.

Странное желание иметь то, что не нужно. И правда - очередная медалька, пунктик тешащий самолюбие и позволяющий оторваться от других выделиться, помахать заветной медалькой у всех перед носом и гордо отправиться дальше, ловя спиной завистливые взгляды.
Кто-то знает, а кто-то и нет, что совсем скоро, через мгновения мироздания золото обратится в пыль, и уже другие цели, завоевания ты будешь ставить пред собой, втаптывая в грязь то, что недавно радовало глаз, забывая тех, с кем шел рука об руку.
Ты достигнешь своей цели, поставишь новую, достигнешь ее... но заметишь, что ходишь по кругу слишком поздно. Тогда, когда будешь стоять смотря в глаза вечности, когда уже слишком поздно ставить новые цели, когда впереди и позади - одиночество. Что тебе дадут достигнутые цели, испачканные былыми ценностями ноги и выбеленные чужими слезами руки? Ты не сможешь ответить.
Возможно, тебе дадут еще один шанс. А может - уже дали? Кто знает, который из них последний, как быстро кончится терпение богов... Но ты ставь цели, ставь... и иди.

Все чаще возвращаюсь мыслями к любви. Добро это или зло… не торопитесь давать ответ. Да, я знаю, что такое любовь, и я умею любить. Я могу отдать себя всего, посвятить другому. Но с другой стороны, любая такая привязанность – это ограничение свободы, это остановка, поворот с того пути, на который ты встал. Да, приятное ограничение, добровольное, достойное… но это не меняет сути – ты сошел со своего пути.
Что является двигателем прогресса, что заставляет людей творить? Уютный дом, красавица – жена, детишки, теплый камин и сытый желудок?! Отнюдь нет! Невзгодами и горем усыпан путь идущих, несчастной любовью, холодом и прозябанием. Именно это заставляет двигаться, идти вперед, во имя какой-то цели. И вот идущий встречает на своем пути ответную любовь, обустраивает дела, садится у камина… и останавливается. Все, он может убеждать себя сколь угодно, что такой как прежде, неспокойная душа, ищущая истины – нет, он уже закончил свой путь.
Я надеюсь, что она мне не встретится, эта настоящая любовь, ради которой я пожертвую собой. Мне очень хочется, что бы она нашлась, но я надеюсь, что это произойдет как можно позже… что бы я успел пройти достаточно… и понять, правилен ли мой путь.

Помните беззаботное детство? Когда все было ясно и логично, хотя само понятие логики было детям чуждо. Тогда была вера в белое, в сказки, в чудеса, в то, что с нами случится что-то такооооее…
Потом мы пошли в школу. И там разучились верить в чудеса, перестали ждать чудо, поглощенные учебой, учебой… Это был первый урок – в мире только ты можешь помочь себе. Не все его усвоили сразу…
Институты, колледжи, училища, армия – все учит нас одному – в мире лишь ты один. Да, надо помогать товарищам в учебе и бою… что бы они помогли тебе. Но на самом деле эта помощь лишь все больше заставляла понимать – есть ты, ты, и никто кроме тебя.
Те, кто усвоил этот урок, приступили к следующему – чем и как должен помочь себе человек, на какой путь встать, куда и зачем идти! Другие же остановились, нашли свое пристанище и разучились думать, отдав себя течению жизни.

Немножко радости, немножко горя, немножко прелести, немножко зла. Немножко мыслей, немножко чувств, немножко тактильных ощущений, немножко... любви. Новым годом принято подводить рубеж. Люди любят это - поставить вешку о пройденном и верить, что начат новый отсчет. Мы ждем от нового года того, что не дал нам старый. Мы верим, верим. Всегда верим в лучшее...
Что ж. Этот год дал мне многое. Больше чем любой другой он дал мне, не дав ровным счетом ничего! Я понял...
Мне пора уходить. Время уже не жалит острыми снежинками, не жарит ярким солнцем, все цвета смешались в серое и безысходны дни. Я ощущаю себя за стеклом, весь мир как второстепенное приложение и солнце больше не раскрашивает кровью рассвет. Впереди Путь.
Притча о путнике получила неожиданное продолжение и я собираюсь в дорогу. Хватит ли меня, найду ли я ту третью силу, что задаст движение. Или... я строю воздушные замки... Но пусть. Я его построю - самый красивый и прочный, самый желанный и великий. Замок моей мечты, и уйду в него, уйду, что бы рассыпаться с ним в прах.

Что делать, как жить… эти вопросы стали моими друзьями уже давно. Банальные, с одной стороны, вопросы скрывают в себе огромные возможности ответов и, в перспективе, развитие человека. Но чем спокойнее становится жизнь, тем меньше задаешься этими вопросами, а если и случается, то как-то абстрактно, не веря в надобность ответов.
Складывается ощущение, что я в какой-то сделке променял свое творческое неспокойствие на спокойное бесплодие. Рождение нового плода становится сродни попытки облегчения при запоре, а детишки выходят внутренне уродливые, корявые. Та ниточка, что вела меня более года в одном направлении оборвана. И я не знаю, как ее вернуть. Мечусь в поисках других, перебираю десятки, создаю сложные плетения, но все не то, все искусственно, все не дает рождения новой звезды…
А варианта два – или найти тот путь, или умереть духовно. Спасибо вам, что еще где-то рядом.

Мне подсунули испорченный пазл. Сумашедший художник порезал свои картины на мириады кусочков и дал лишь часть. Я собираю свою жизнь, выкладывая дорогу цветными лосткутками. Ступая лишь по швам в надежде провалиться, ищу свой путь в чужой картине несобранного пазла... Странное слияние линий и красок, что ведут одной дорогой при мириадах других. И лишь один раз можно выбрать поворот.

Он смотрел на мир потухшим взглядом. Стоял и смотрел. Мимо текла жизнь, проносились люди, торопясь куда-то, обгоняя друг друга и иногда задевая его. Он никуда не спешил… никуда… некуда. Было время, и он все бежал, спешил, жить, жить, жить… теперь в этих словах был другой смысл, горький, печальный – лишь бы жить, жить, жить… хотя и жить то уже было незачем.
Его существование свелось к набору простых действий. Проснуться, поесть, посмотреть телевизор… и если не холодно – выйти погулять. Далеко ходить было трудно, так… от подъезда по улице и обратно. Пройтись, постоять… посмотреть на мир потухшим взглядом.
А вокруг носились люди, машины – у всех своя цель, у всех свои мысли. Им не было дела до пожилого человека, что стоял у обочины. Лишь изредка у кого-то всплывала раздраженная мысль: «встал тут…!».
Иногда у меня возникает желание подойти к такому старику, постоять рядом, посмотреть… Но все равно я не увижу то, что видит потухший взгляд… ибо смотрит он в себя, в прошлое. Я буду таким, уже скоро, совсем скоро, а по космическим меркам – почти сейчас. И буду так же стоять и думать… вспоминать. А сейчас…
А сейчас просто в который раз прокляну этот бешеный темп, эти ничтожные городские ценности… и побегу дальше, подчиняясь этому ритму.

Каждое слово, каждый жест рождает свой маленький мирок... совсем слабенький, но мы можем его развить, укрепить - надо лишь заметить его вовремя, не дать умереть...
Ах, эти дневники... тут мы целенаправленно рождаем мириады миров, разных... странных. Но рождаем для себя ли? Нет, думаю нет. Для других, кто забредет в них, кто увидит может и не то, что строилось, но то, что заставит его остановить на мгновение свой бешенный ритм. Мы строим скворешники, в надежде, что все же прилетят скворцы...

Серый мир, поломанные краски и нет контраста. Тихая апатия съедает все эмоции, пьяный художник красит серым жизнь. И серые слова...
Вокруг меня туман. Все нереально, все размыто. Стирается память, стираются чувства... живут лишь мысли две - скорость и смерть... еще живут.
В том, что мы делаем - наша частичка. В том, как мы делаем - наша душа. Радость и счастье дарит светлые вещи, красивые, гармоничные, поднимающие настроения всем окружающим, как солнечный луч в дни гроз. Горе и боль дарит другую грацию, другой мир, ищет отголосок в наших душах, заставляя снять капюшон. Пусть мне станет плохо, я бегу в поисках боли... что бы душа стыла пронзительными судорогами, мир блестел слезинками, что бы я умирал и рождался... рождался и умирал...
Но вокруг лишь туман.

Люди - картинки. Люди - красота. Люди, чья задача быть украшением. Те, кого мы любим за правильные черты лица, красивую фигуру, формы, цвет глаз, осанку, волосы. Чье тело - украшение стола и вожделения предмет всех окружающих мужчин. Они бывают разными - умными и глупыми, пустыми и одаренными, но видим мы лишь тело, лишь глаза.

Апатичное безумие. Листки осени бросаются под ноги в агонии уходящего лета. Вот и кончилось оно. Так, как кончается иная жизнь, так, как завядают люди. Безразличное время отсчитывает свои секунды вытягивая жизнь из окружающего. Еще недавно мы были веселы, плясали ночами, бегали, прыгали - а теперь грустно одиноко сидим в кресле смотря телевизор. Жизнь уже прожита - мне сложно понять, какие чувства вызывает осознание этого. Я знаю лишь одно - все хотят жить, жить... и чем меньше осталось, тем больше хочется. Стараешься замедлить ход на пути к неизбежному, но время, время - оно влечет за собой с грацией поезда не обращая внимание на пылинки жизней.
Мы стараемся не думать о том, что случится - выкинуть из головы и не думать, не думать... иначе зачем жить? Пока не ткнет носом, как слепых котят - вот оно, рядом, помни. Но люди слишком увлечены собой, слишком погружены в свои игры, что бы надолго что-то изменить. Что ж, у них будет шанс понять свои ошибки... перед смертью.

Зачем нам даны руки... зачем нам дана голова? Что бы крушить то, что построено не нами. Что бы убивать то, что рождено другими. Мы робко тянем руки, как дети, к горячему, не зная - как это, что это. Мы обжигаемся, больно, страшно, отскакиваем подальше и прячемся, прячемся в темном чуланчике своего сознания.
На страшные весчи способен загнанный зверь, и мы, сидя в своем мирке. Спрятав себя от страшных горячих штучек - мы бъем наотмашь, мы рушим чужие миры, мы обороняемся нападением как только кто-то принесет нам ее - страшную горячую штучку.
Да, станем поуменее... потом, с возрастом - будем долго ломать свой чуланчик, строя комфортабельный котетж и уже более благосклонно, хоть и не без опаски, принимая горячие штучки - ведь нада, нада. Самое страшное мы понимаем потом, потом, но слишком поздно - мы можем построить квартиру, дом, замок - но старый чуланчик никуда не денется и будет напоминать о себе.
И лишь немногие смогут жить без стен, забыть чуланчики... Ах, ломайте его сразу, сразу - ведь обжечься - это еще не смерть, ведь раны заживают, и пусть руки наши буду в шрамах - за это они найдут то, что все так долго искали...

Когда я вижу Овна, я просто теряю контроль =) Овны... горячие, огненные, безумные, активные, напористые, немного аггресивные, почти всегда красивые и безумно сексуальные. Нечто, что чувствуется сразу, издалека, что заставляет замереть, обернуться, задержать дыхание, что бы успокоить сердцебиение...
Овны, это тот знак, что влечет меня к себе, призывает, как хищник жертву.
Овны, это те, с кем нам никогда не зжиться, никогда не найти общую траекторию жизни. Овны - я всегда буду их хотеть, но вряд ли мы когда-нибудь будем вместе... respect вам, Овны!

Хочется забыть, забыть, выкинуть из головы, что все мы заложники. Заложники тех, кто нас воспитал. Заложники того окружения, в котором мы выросли. Тупая боль бессилия пронзает, когда видишь людей изуродованных детством, родителями, двором. Изуродованных морально. Увы, мы все заложники…
Наверно есть что-то внутри, данное при рождении, особый склад ума, особые черты характера. Должно быть что-то, иначе все мы – лишь пустые биороботы, программируемые с детства родителями, воспитателями, учителями. Должно быть что-то, что будет основой, ядром человека. То, что в какой-то момент позволит сбросить мишуру окружающего мира. Главное не потерять, найти, развить…
Любви, настоящей любви, нет дела до общества, нет дела до правил поведения, догматов, навязанных окружением – важны лишь два человека, два ядра. Настоящая любовь – это резонанс душ двух людей. Главное слышать его, ядро… слышать свою душу.
Идет незримая война, война против души, война против ядра человека, война против того, что заложено внутри, заложено рождением. Тысячи правил, законов, стереотипов атакуют ежесекундно. Стены навязанного образа жизни пытаются спрятать истину.
Проиграешь, потеряешь себя – и будешь примерным членом общества, будешь играть по навязанным правилам и забудешь, что такое настоящие чувства, эмоции. Не узнаешь, что такое Любовь – не поверишь, скажешь – нет, не бывает такого, у нас разные интересы, разные образы жизни, мы не сможем вместе… и убежишь.
Очень мало кто может выиграть в этой войне один… но держите оборону, не давайте себя сломить – и настанет время, кто-то поможет победить… кто-то, кто вызовет в тебе резонанс. За Любовь!

Эпиграф: ворвался домой... быстрее, быстрее, питание, монитор, свет, звук... icq online... я снова жив...
Знаете, высший разум все же есть. Именно высший. Для нас он не злой, не добрый, для нас он ИНОЙ. У него свое течение событий, у него свои цели, свои смыслы. Но порой он обращает на нас внимание. Как мы на букашку, муху, муравья, спешащего по своим важным делам. Но порой он находит забавным смешать карты в колоде, подставить свой пальчик на путь муравья, стекло перед букашкой. Он берет нас, глупых, неразумных, и сталкивает лбами - вот, посмотрите, вы вместе, вы умираете, взрываетесь, горите тысячами свечей вместе, только вместе. Ничего нет, только вы, мы, ты...
Он выдергивает нас из нашей среды, из нашей жизни, он плевал на то, что было раньше - где, с кем, кто... для него это мишура, как для нас - путь муравья. А люди... люди смотрят на то, что им дала судьба... и решают.
Решают, как жить дальше - прямым, но ясным путем ли муравья, иль путанным обходом внезапной искорки любви.
Прощай!

какие-то отрывки фраз кружатся. пытаюсь что-то написать. знаю, надо написать, надо собрать мозаику слов, расположить их в картину души и подарить тому, кто сможет ее увидеть.
знаю, надо написать, ловлю мысль, косметическая обработка и вот она уже красуется сбоку от курсора. не то, не там мысль, это обрывок из другой песни, другой жизни, ему нечего тут делать, к нему нечего прибавить... жадный курсор съедает очередную фразу и сыто помигивает прося добавки.
знаю, надо написать, знаю, надо сказать то, что было сказано миллиарды раз, бросить щепотку смысла в пенные воды и сквозь хрустальную воду подглядеть решение этой задачи.
страшно, когда люди мешают жить другим. убийственно - когда мешают жить себе. живите сегодня - у вас нет запасной жизни, у вас больше никогда не будет вчера и скоро исчезнет и сегодня
чувствую себя, родив этот текст, как выжатый лимон, как после двух пальцев в рот... но мне действительно надо многое сказать

Картина.
Звучит музыка. Я сижу перед слабо мерцающим монитором... горит свеча. Вокруг горит много свечей, сплетающих рисунки теней в причудливые узоры непостоянства. Звучит музыка - та, что вытесняет из тебя все, весь окружающий мир более тебе неподвластен, его нет, не существует, иллюзия стерта и осталась истина - лишь я и музыка. Звучит голос. Откуда-то из переплетения прыгающих столбиков частот, что приковывают взгляд своей свободой... своей обреченностью. Пока звучит эта песня - можно все, ибо творец един, творец всевластен, творец - это ты... и музыка...
Картина погасла, другая музыка, дорога до дому, пустая квартира, шум компьютера, монитор, интернет, банка пива, вобла - здраствуйте, я снова с вами. Погасший.
Спасибо тем, кто смог создать ту музыку, что является тунелем... welcome to the real world!

а на улице дождь...
бывает, играешься во что-нибудь, и уже ни энергии, ни оружия не остается - можешь лишь сидеть и смотреть как играют другие... или тебя добьют, или сам себя, что бы начать все сначала.
сколько вокруг нас таких дюдей? людей обиженных судьбой, лишеных чего-то важного, что отбрасывает их за границы жизни и могут они лишь взирать печально... или уйти.
единицы пытаются помочь им, но как-то вяло, сами не понимая зачем они это делают, зачем поддерживают эти жизни.
знать бы, что можно выдти и начать все сначала...

Дивные мечты цепочкой образов звеня выстраиваются в сверкающие капельками чувств спирали ощущений. В мире нет больше сознания, чем твое, вбирающее в себя мириады крохотных вибраций-посланий от других вселенных. Райский мир, что существует где-то внутри, но простирается на бесконечности в даль. Сплохи северных сияний, перетекающих в огоньки фейерверков, украшающих сверкающими камнями массивную радугу. А вы слышите эти звуки, что воспринимаются не слухом, но душой, что сплетаются в дивные гармонии песни пробуждения…
Ничто не вечно, и в этот мир приходит разлагающая сущность рационализма. Мы начинаем думать, но не чувствовать и вырастают кирпичные стены, выкладываются лабиринты колючей проволоки, стеклятся крыши над головой. И вот мы уже идем, бежим по лабиринту своих мыслей, получая увесистые удары: «можно», «нельзя», «нельзя», «можно»… Мы самые думающие создания в мире, мы отвергли то, что нас создало, мы создали суррогатную замену и стали пищей.